Жесткие меры властей Канады под угрозой тысячи семей

В Канаде из-за ужесточения депортационной политики властей иммигранты рискуют быть разлученными с семьей.

В Монреале 22-летний мигрант из Мексики по имени Мигель может быть депортирован уже 5 мая - за десять дней до того, как у него появится право подать заявление на оценку рисков перед высылкой (pre-removal risk assessment). Юристы и правозащитники говорят, что такие истории - когда семья просителя убежища буквально в последнюю минуту оказывается на грани разлуки - становятся в Канаде все более привычными на фоне ужесточения депортационной политики.

Мигель - единственный кормилец. В Монреале он работает учеником плотника и вместе с 23-летней партнершей Андреа растит семимесячного сына. Андреа признается: после пережитого насилия она живет в постоянной тревоге, а Мигель для нее - точка опоры и редкое ощущение безопасности. Ребенок, добавляет она, регулярно проходит обследования из‑за проблем с сердцем.

Оба просят не называть их фамилии. CBC News пошел навстречу: по словам семьи, Мигель получает угрозы от членов картеля в Мексике, а Андреа боится, что ее смогут найти бывшие партнеры - и в Мексике, и в Квебеке. Она уже бежала от жестокого мужчины на родине, а в Канаде снова столкнулась с домашним насилием: два года назад все закончилось госпитализацией. При этом ее бывший партнер в Квебеке, как отмечается в материале, недавно вышел из тюрьмы.

Сейчас семья пытается добиться от Канадского агентства пограничных служб (CBSA) отсрочки, чтобы Мигель смог подать pre-removal risk assessment - фактически последний механизм, который позволяет убедить власти, что при возвращении на родину человеку грозит опасность для жизни. Проблема в том, что дата высылки назначена раньше, чем у него вообще появится право на эту процедуру.

Как отмечает CBC News, в Montreal Welcome Collective - организации, помогающей беженцам и просителям убежища, - говорят: CBSA нередко старается выслать человека за считанные дни или недели до того, как ему становится доступен какой‑либо процесс легализации. По словам представительницы коллектива Мэриз Пуассон, в Квебеке это выглядит особенно системно.

Ситуация разворачивается на фоне общего роста депортаций и ужесточения миграционного курса. В прошлом году Канада объявила о мерах по «закручиванию гаек», включая ориентир: 20 тысяч депортаций в каждый финансовый год с 2025 по 2027 года. Если в 2020-2024 годах CBSA выдворяла от 7,5 до 17 тысяч человек в год, то в 2025 году показатель превысил 23 тысячи.

Параллельно федеральные власти продвигали новые инициативы по границе и иммиграции. В июне был предложен Strong Borders Act - законопроект об усилении наблюдения на границе. В конце марта вступил в силу Bill C-12: по описанию правительства, он аннулировал 30 тысяч заявлений о предоставлении убежища. Оба шага вызвали заметный общественный резонанс.

Юристы и правозащитники связывают рост депортаций и последствия C-12 с тем, что все больше семей оказываются под угрозой разлуки. В Квебеке, говорят они, пограничные службы, по ощущениям, все реже учитывают «смягчающие» обстоятельства - например, интересы ребенка и реальный ущерб, который нанесет раздельное проживание.

Иммиграционный адвокат из Монреаля Анн-Сесиль Хури Рафаэль, вице‑президент Канадской ассоциации юристов по делам беженцев, рассказывает: коллеги из других провинций удивляются, насколько «нормализованной» стала практика, когда семьи разъединяют без долгих разбирательств.

Статистика это ощущение подкрепляет. В 2025 году депортации в Квебеке, как говорится в материале, превысили 10 тысяч - почти половину всех высылок по стране за год. Для сравнения, в Онтарио было 8,7 тысячи. CBC запросил комментарий у CBSA, но оперативного ответа не получил.

Сам Мигель говорит, что за три года в Канаде успел выстроить нормальную жизнь: работал на ферме, учил английский, платил налоги, а затем нашел стабильную работу в строительстве. В начале апреля, утверждает он, его вызвали в офис CBSA и поставили перед выбором: либо купить билет на самолет за свой счет, либо получить «долг перед Канадой» на четыре тысячи долларов плюс проценты - на случай, если он когда‑нибудь попытается вернуться.

По словам Мигеля, он пытался объяснить, что у сына проблемы с сердцем и впереди новые визиты к врачам. Но, утверждает он, услышал в ответ, что это «не проблема» сотрудника. Самое тяжелое, добавляет Мигель, даже не отъезд, а то, что он означает для семьи: именно он оплачивает аренду, продукты и основные расходы.

Иммиграционный адвокат Жюльетт Жан подключилась к делу в последний момент - узнав, что в семье есть младенец. Она говорит, что по-человечески ситуация выглядит особенно разрушительной.

В Welcome Collective отмечают: за последний год они помогали почти в дюжине историй, где депортация грозила разлучить семью - в том числе в случаях, когда хотя бы один из родственников уже получил положительное решение по заявлению о статусе беженца. У Андреа ее собственная оценка рисков перед высылкой еще рассматривается, и на это время она защищена от депортации. Активисты надеются добиться такой же возможности и для Мигеля.

Отдельная проблема, добавляют они, - нехватка иммиграционных адвокатов в Квебеке. Из-за этого многие семьи просто не успевают вовремя найти представительство, чтобы обжаловать высылку или полноценно участвовать в слушаниях по делу об убежище.